Звёзды в мифологии разных культур: как одни и те же созвездия получали разные имена и истории у народов мира

Пояс Ориона — три яркие звезды в ряд — один из самых узнаваемых астеризмов на небе. В греческой мифологии он стал охотником Орионом, вознесённым на небо после гибели от укуса скорпиона. Его «меч» и «щит» дополняли образ воина. Но в древнем Египте те же звёзды ассоциировались с Осирисом — богом подземного мира и воскрешения. Пояс символизировал пояс Осириса, а яркая звезда Сириус в созвездии Большого Пса — его супругу Исиду. Связь с воскрешением была практической: восход Сириуса совпадал с разливом Нила, обновлявшим плодородие земли.

У народов Мезоамерики пояс Ориона получил иное прочтение. Майя называли его «Три Огня» и связывали с очагом в центре дома — символом семьи и продолжения рода. В культурах Анд пояс воспринимался как часть созвездия Южного Креста, образуя вместе с ним «лестницу» между миром живых и мёртвых. А у аборигенов Австралии из племени йорнгарлай эти звёзды входили в образ крокодила, чей хребет тянулся по небу, а голова указывала на сезон дождей. Ни один из этих нарративов не пересекался с греческим охотником — все строились на локальном опыте: разливах рек, домашнем очаге, сезонных циклах.

Скопление Плеяд в Тельце — ещё один пример радикально разных интерпретаций. В греческой мифологии это семь дочерей Атланта, превращённых в звёзды. Но только шесть звёзд видны невооружённым глазом — седьмая, Меропа, считалась «потерянной» из-за стыда за брак с смертным. Японцы называли скопление «Субару» (что означает «собрание») и видели в нём группу сливающихся звёзд без персонификации. На логотипе компании Subaru изображены шесть звёзд — пятая по яркости, Альциона, объединена с центральной.

У индейцев лакота Плеяды олицетворяли семь буффало-телят, упавших с неба на землю и ставших предками стад. У народов Северной Америки из племени чероки скопление ассоциировалось с семью мальчиками, танцевавшими вокруг костра до тех пор, пока земля не подняла их на небо. В полинезийской навигации Плеяды служили маркером начала сезона плавания — их восход указывал на благоприятные ветра. А у некоторых народов Африки скопление воспринималось не как существа, а как рассыпанные семена проса, предвещающие урожай. Общее между всеми версиями — число семь, но смысловая нагрузка варьировалась от трагедии до сельскохозяйственного календаря.

Ковш Большой Медведицы — наиболее стабильный образ в северном полушарии, но и здесь интерпретации расходятся. Греки видели в нём медведицу Каллисто, превращённую Зевсом в звезду. Но у финно-угорских народов (коми, удмурты) это была не медведица, а сам медведь — священное животное, чьё имя нельзя произносить вслух. Поэтому созвездие называли «Лось» или «Большой Лось», обходя табу.

В китайской астрономии ковш входил в созвездие «Северный Ковш» и символизировал императорскую власть — его ручка указывала на Полярную звезду, «трон неба». В Индии те же звёзды образовывали «Сапта-риши» — семь мудрецов, чьи души вознеслись на небо. В средневековой Европе ковш превратился в повозку — «Большая Телега» во Франции, «Чарльзова Телега» в Англии. В Северной Америке у поселенцев он стал «Сковородой» — утилитарный образ, отражающий быт колонистов. У народов Сибири (эвенки) ковш воспринимался как чум — конический жилище, где ручка символизировала вход. Ни одна из этих версий не была «правильной» — каждая отражала культурный код: табу на имя животного, императорскую иерархию, бытовые предметы переселенцев.

Различия в интерпретациях созвездий определялись тремя факторами. Во-первых, географической широтой: народы южного полушария не видели созвездия северного неба (Медведицу, Кассиопею) и создавали свои образы из доступных звёзд — например, «Эмус в небе» у австралийских аборигенов, образованный тёмными туманностями Млечного Пути, а не самими звёздами.

Во-вторых, климатом и хозяйством. Кочевые народы (монголы, бедуины) чаще видели в звёздах животных и пастушеские сцены. Оседлые земледельцы (египтяне, китайцы) связывали созвездия с календарём посевов и сбора урожая. Морские народы (финикийцы, полинезийцы) использовали звёзды для навигации, поэтому их мифы включали образы лодок, волн и морских существ.

В-третьих, социальной структурой. В обществах с сильной иерархией (Китай, Вавилон) созвездия отражали власть и порядок — небо как проекция земного устройства. В эгалитарных культурах (многие племена Северной Америки) звёзды часто персонифицировали предков или животных-помощников без иерархии.

Созвездия не раскрывают тайны вселенной — они раскрывают тайны человеческого восприятия. Одни и те же звёзды становились медведем, повозкой или семенами не из-за различий в зрении, а из-за различий в том, что люди искали на небе: отражение своего мира, а не объективную карту космоса. Мифология созвездий — это не астрономия, а антропология в проекции на небесную сферу. И чем дальше культуры друг от друга географически и исторически, тем ярче проявляется эта разница — без единого «правильного» ответа, но с множеством равноценных историй, написанных светом далёких солнц.